Нобелевская премия

  • 5,4K Просмотров
  • Последнее сообщение 18 мая 2017 08:06
oleg-2 написал 10 октября 2015 12:03

Впервые с 1987 г., после Бродского, Нобелевскую премию получил русскоязычный автор!

Я не читал книг Алексиевич. Читал только отделные цитаты.

Но её имя я знаю давно, с подросткового возраста, с Перестройки. Для меня она всегда была в том же ряду, что Сахаров, Гранин, Василь Быков, Приставкин, Чудакова. Правда, свобода, совесть...

"Многие мои либеральные друзья… Знаете что с ними стало? Они все как один вдруг сделались державниками!

— Почему?

— Это, конечно, Веймарский комплекс. Он существует. Россию нельзя долго держать униженной — это очень опасно. Годы унижений, пережитые Россией, не могли пройти бесследно. Пружина должна была разжаться. И разжалась вот так. В этом еще очень много русского характера, совершенно никем не понятого. Во «Времени секонд хэнд» у меня есть рассказ о любви: женщина бросает детей, все, что у нее есть, и идет к какому-то заключенному, не зная его, но жертвуя всем ради него. Меня это настолько поразило… Мы-то представляли себе какое деление страны? Коммунист, капиталист, социалист. А в глубине народного бытия — там вообще все про другое: как писали, так и пишут письма этим тюремщикам, да? Они приходят, черт знает что с этими женщинами делают. А женщины ждут, ждут, ждут чего-то. И вот это — про жизнь. Не про какую-то там свободу и демократию. Идешь по деревне: двое сидят, один пьет, здесь умерли, там поубивали кого-то. Туда даже эхо больших перемен не долетело. Все то же самое. И нескоро переменится. Потому что тот культурный слой, который мог бы всерьез и с любовью заниматься просвещением страны, был уничтожен в 1917 году. Потом — репрессии. Потом — война. И все. Никого не осталось. Совсем. И веры в то, что все снова будет, — тоже.

— Вы давно это поняли?

— Я впервые об этом задумалась, когда писала «У войны не женское лицо». Я смотрела на женщин, с которыми разговаривала, и понимала: таких уже больше не будет. Во многих отношениях, но прежде всего в том смысле, как они верили в свою страну, в ее будущее, вот в это «мы победили»...

...У меня во «Время секонд хэнд» есть история, как один парень рассказывает о том, как был влюблен в свою тетю Олю. А потом узнал, что она родного брата заложила и он погиб где-то в сталинском лагере. И его это мучило. И когда он узнал, что Оля эта умирает, он пришел и говорит: «Тетя Оля, помнишь 37 год?» Она говорит: «Ну, в 37-м я была счастлива, меня любили, я любила». И он решается спросить: «А дядя Саша?» Она отвечает ему: «Пойди, найди в 37 году честного человека». Человеческое зло, человеческая подлость — это не Берия и Сталин, это красивая тетя Оля.

— Обыденность зла.

— Разумеется. Сколько мы сейчас вокруг себя видим маленьких подлостей и соглашательств, о которых молчим? Нормальные люди уже спасают детей и бегут, думая, что, оказавшись в какой-то другой среде, они смогут хотя бы защитить их. Но это единицы, обладающие сверхнепереносимостью зла.

А народ, тот самый народ, на который мы так любим кивать и к которому часто апеллируем, он молчит. Ему, наверное, комфортно. И ничего мы про это не понимаем.

Я отношусь к тому поколению, которое воспринимало перестройку как личную историю, я из тех, кто все это горячо поддерживал, делал, верил. И именно для нас самый больной вопрос: почему все оказалось напрасным, почему народ молчит? Вот, он вышел, сбросил этого Дзержинского и ушел. И все.

— И он — народ — в этом не виноват.

— Нет, конечно, нет. Я сейчас все больше готова говорить о нашей вине, о вине интеллигенции за провал девяностых. Но это будет очень и очень болезненный разговор. И долгий. И с непредсказуемыми последствиями.

Знаете, когда-то выдающаяся армянская поэтесса Сильва Капутикян, которая была в Нагорном Карабахе просто божеством, вышла на высокую трибуну и сказала: «Мы, интеллигенция, виноваты в том хаосе, в той трагедии, которая происходит». Все. Когда она возвращалась на свое кресло, в нее плевали. В женщину. В поэта. Вот так. Словом, нам предстоит невероятно трудная работа по осознанию девяностых, по принятию бремени вины за произошедшее. И это не только с этой эпохой связано. У нас последние сто лет истории не проработаны и не поняты. Просто девяностые исторически ближе. И о них пока что есть с кем говорить — есть свидетели...

...Вот я сейчас только что из Вологды. Мы там были вместе со съемочной группой из Швеции, которая снимает обо мне фильм. Мы ездили по чудесной местности, встречались с замечательными людьми: милые, интеллигентные, общительные, ремесла поднимают. С каждым когда говоришь по одиночке — интереснейший разговор. Но когда вдруг начинаешь говорить о политике, какой-то щелчок в мозгах происходит: разговор становится сразу коллективным, вместо я — мы. И они не хотят ни о чем думать. Есть немножко страха, но дело даже не в нем — они не хотят думать! Если в девяностые они просто молчали, то Путин все-таки нажал на какие-то кнопки, достал из глубин их подсознания все эти мифы, и они сработали, потому что — ну, это канва жизни, которая понятна...

...В моем жанре автор — свидетель, и автор — главное лицо. Это очень заманчивая и опасная роль. Вот, например, помните «Блокадную книгу»? Там, при обилии живых свидетельств и голосов, которыми наполнена книга, огромное количество комментариев. Назидательных. И очень советских. Особенно это видно в эпизоде из дневника Юры Рябинкина, когда он мучается, взять или не взять эту проклятую котлетку. И это пронзительная, жуткая история. Но нет. Там сверху авторами написано три страницы пояснений о русской интеллигенции. Что же ты делаешь, автор! Ты рядом с этой котлеткой по значимости и не мечтай встать, а ты пишешь, пишешь. Я всегда этого очень боюсь. Каждый раз ищу форму, в которой автор бы существовал прозрачно и не назидательно, но оправдывал бы этот самый авторский выбор, когда из ста страниц интервью я выбираю только полстраницы."
«Ты рядом с котлеткой по значимости и не мечтай встать» Интервью писательницы Светланы Алексиевич

И Нобелевская премия мира тоже, я считаю, очень справедливая в этом году! Тунис - единственная страна, где революция Арабской весны 2011 г. привела к демократии. Наверное, это связано и с тем, что тунисский народ не разделен так, как сирийский и египетский разделены по этнорелигиозному признаку, а ливийский - по территориально-племенному.

Сортировка: Стандарт | Новые | Голоса
ramanuki написал 10 октября 2015 12:17

Больше 20 лет назад набранный роман Алексиевич рассыпали в типографии и с тех пор ее не печатали в Белоруссии. Таких поэтов, как Василь Быков, Светлана Алексиевич в стране не жалуют. Не к чему народу знать правду, читать то, что он, народ, творит и говорит.

oleg-2 написал 10 октября 2015 12:48

ramanuki
Больше 20 лет назад набранный роман Алексиевич рассыпали в типографии и с тех пор ее не печатали в Белоруссии. Таких поэтов, как Василь Быков, Светлана Алексиевич в стране не жалуют. Не к чему народу знать правду, читать то, что он, народ, творит и говорит.


Понятно, что не жалуют. Их и в России не очень жалуют.

muzungu написал 10 октября 2015 12:52

Всё очень просто. Народ надеялся, что наша интеллигенция выведет страну из кризиса, а она, тем временем, набивала свои карманы американскими грантами за создание иллюзий будущего процветания и потворство развалу экономики и, в первую очередь, ВПК. Действовали в лучших традициях большевиков: очернить всё прошлое, отряхнуть его прах с ног и т.п. С подачи Гайдара и Чубайса зародилась олигархия, а такие твари, как Бурбулис занимались непосредственно уничтожением военного потенциала.

Codeater написал 10 октября 2015 08:50

Ну дали, значит заслужила. Обаме, вон, тоже дали.

Codeater написал 10 октября 2015 08:56

oleg-2

...Вот я сейчас только что из Вологды. Мы там были вместе со съемочной группой из Швеции, которая снимает обо мне фильм. Мы ездили по чудесной местности, встречались с замечательными людьми: милые, интеллигентные, общительные, ремесла поднимают. С каждым когда говоришь по одиночке — интереснейший разговор. Но когда вдруг начинаешь говорить о политике, какой-то щелчок в мозгах происходит: разговор становится сразу коллективным, вместо я — мы. И они не хотят ни о чем думать.

Думающие, это которые полностью поддерживают политику США, и хают все, что бы ни делала Россия. Если бы в 1941 "вместо мы был я", то мадам писательница сейчас вряд ли пила бы баварское, как любят думать либеральные антеллихенты. Некому было бы шнобелевскую премию вручать.

Le mec написал 10 октября 2015 04:14

Пусть, хоть, обпишется. Её всё равно читать никто не будет. Разве, что её единомышленники. Кто из молодёжи слышал о Бродском или Довлатове? А кто их читал?
Так же и эта Алексеевич. Никто её читать не будет.

Codeater написал 10 октября 2015 06:13

А зря. Почитайте. Бродский тебе наверно не понравится, а Довлатов очень даже может. Бродского люблю еще со студенческой скамьи. Нет, нет, да и сейчас накатит. Довлатова стоит почитать, хотя он "писатель типа Чехова, бля".

Le mec написал 10 октября 2015 06:30

Codeater
А зря. Почитайте. Бродский тебе наверно не понравится, а Довлатов очень даже может. Бродского люблю еще со студенческой скамьи. Нет, нет, да и сейчас накатит. Довлатова стоит почитать, хотя он "писатель типа Чехова, бля".

Codeater, почитаю.

Я сейчас читаю "Аэропорт" Артура Хейли. Случайно, купил в Доме Книги. Правда, со странным авиационным переводом некоторых сложных слов.)

Codeater написал 10 октября 2015 06:41

Читал на русском и на английском. Понравилось. Интересно пишет. А у Бродского мое любимое "Холмы". Это раннее его стихотворение. Хотя, знатоки скажут "попса". Но мне оно до сих пор нравится.

oleg-2 написал 10 октября 2015 11:28

Codeater
Читал на русском и на английском. Понравилось. Интересно пишет. А у Бродского мое любимое "Холмы". Это раннее его стихотворение. Хотя, знатоки скажут "попса". Но мне оно до сих пор нравится.


Я тоже люблю "Холмы" Бродского. Ещё "Пилигримы" (тоже раннее).

oleg-2 написал 10 октября 2015 11:34

[quot Codeater Если бы в 1941 "вместо мы был я"...[/quot]

В том как раз и дело, что русские всегда были ориентированы на войну, а на войне надо проявлять коллективизм ("мы" против "чужих" и подчиняться командирам.

Не из-за природной агрессивности русские были ориентированы на войну, а из-за того, что стране угрожали сначала всякие кочевники, потом другие враги. Потом Россия, благодаря коллективизму и самодержавию, стала такой сильной, что сама стала угрожать соседям.

В последний раз особенности русских были использованы во благо во Вторую мировую войну. В совеременном мире от них только вред!

Faith написал 10 октября 2015 11:34

Если понравился "Аэропорт", то у Хейли есть еще "Отель", по тому же принципу.

Faith написал 10 октября 2015 11:36

Вы на русских смотрите как бы со стороны - себя к "ним" не относите?

oleg-2 написал 10 октября 2015 11:39

Faith
Если понравился "Аэропорт", то у Хейли есть еще "Отель", по тому же принципу.


У Хейли всё "по тому же принципу"! Я почти все его книги прочитал. Он талантливый писатель, но, как и Гришем, который мне тоже нравится и которого я много читал (в основном, в оригинале, как и Хейли), по-моему, иногда писал несколько халтурно и шаблонно. Я думаю, что это особенность таких раскрученных писателей. Над ранними книгами они старались, а затем несколько расслабились - они уже раскрученные и, что бы ни написали, будет продаваться!

oleg-2 написал 10 октября 2015 11:44

Faith
Вы на русских смотрите как бы со стороны - себя к "ним" не относите?


Я уже говорил, что я еврей, а не русский. Именно поэтому я, да, смотрю на них со стороны.

У евреев своя история и свой национальный характер. Евреи, как раз, несмотря на то, что антисемиты считают, что они держатся друг за дружку, скорее индивидуалисты, чем коллективисты. Есть сколько угодно примеров, когда евреи становились антисемитами и преследовали других евреев, если им самим это было выгодно.

У евреев никогда особенно не ценился тип "настоящего мужика", столь ценимый русскими. Евреи очень уважали свою интеллигенцию, в отличие от русских.

Le mec написал 10 октября 2015 11:55

oleg-2
Faith
Если понравился "Аэропорт", то у Хейли есть еще "Отель", по тому же принципу.


У Хейли всё "по тому же принципу"! Я почти все его книги прочитал. Он талантливый писатель, но, как и Гришем, который мне тоже нравится и которого я много читал (в основном, в оригинале, как и Хейли), по-моему, иногда писал несколько халтурно и шаблонно. Я думаю, что это особенность таких раскрученных писателей. Над ранними книгами они старались, а затем несколько расслабились - они уже раскрученные и, что бы ни написали, будет продаваться!
Олег, Гришема я тоже читал. Его книги самые часто встречаемые в книжных магазинах.

Le mec написал 10 октября 2015 11:56

Faith
Если понравился "Аэропорт", то у Хейли есть еще "Отель", по тому же принципу.
Спасибо!

Codeater написал 11 октября 2015 12:20

Faith
Если понравился "Аэропорт", то у Хейли есть еще "Отель", по тому же принципу.

Да, да. Мне тоже дико понравился. Этот стиль, как бы повествование со слов "инсайдера", почти документальное. Очень подкупает. Хейли молодец!

Codeater написал 11 октября 2015 12:23

oleg-2
В последний раз особенности русских были использованы во благо во Вторую мировую войну. В совеременном мире от них только вред!
Я даже сказать ничего не могу, ибо дар речи мною утерян после прочтения.

Codeater написал 11 октября 2015 12:24

oleg-2
У евреев никогда особенно не ценился тип "настоящего мужика", столь ценимый русскими. Евреи очень уважали свою интеллигенцию, в отличие от русских.

Олег, скажите, что вы выпили. И давайте забудем этот бред.

Показать больше сообщений
Close