Классовая борьба в современной России

  • 341 Просмотров
  • Последнее сообщение 15 апреля 2017 12:19
oleg-2 написал 05 марта 2017 01:27

Я об этом тут писал несколько лет назад:

"На станции метро «Деловой центр» в вагон, наполненный сотрудниками офисов Москва-Сити, вошла бригада азиатских рабочих, строителей метро. В потертой одежде, с сумками, они переезжали с одной площадки на другую: где-то неподалеку, под землей, строилась Солнцевская линия.

Офисные сотрудники, которые каждый день ездят в Москва-Сити в тоннелях, построенных их руками, поднялись со своих мест и перешли на другую половину вагона. Даже не притворившись, что это им зачем-нибудь надо.

Людям в костюмах стало тесно, но они не сделали ни шагу назад. Хотя другая половина опустела.

Рабочие присели на освободившиеся места. Их было немного, человек 10–12, и когда они сели, вокруг них осталась пустота. На следующей станции они вышли..."

И далее:

"Прошло два года. Анвар, Азиз и Бомир вышли из метро на станции Кропоткинская. Большую часть своей жизни в Москве они провели в туннеле под землей. Москву они смотрят сейчас, пока ищут работу и носят заявления в прокуратуру и Следственный комитет. Так что, выйдя из-под земли, они впервые видят Храм Христа Спасителя и поражаются ему. Но говорят только: «Тут рядом церковь!»

Анвар и Бомир проходчики — они собирают чугунные тюбинги в кольцо, которое выстилает стены туннеля. За ними идут болтовертщики, они закрепляют части тюбинга...

...А потом директор СМУ-77, субподрядчик на строительстве Солнцевской линии, куда-то пропал. Подряд он получил от СМУ «Ингеоком», в котором до середины прошлого года был начальником участка и который в свою очередь выполнял заказ генерального подрядчика. Рабочие два раза ходили в офис, где сидит начальник их директора. На второй раз начальник вызвал полицию, но полиция никого не забрала.

— Мы объяснили: «Вот такой человек нам не дает деньги!» Ну, полиция тоже понимает, правильно? Не забрали нас.

В середине зимы они оказались в Москве без денег и под угрозой выселения. От соседей по общаге узнали, что в прошлом году кому-то помогла вернуть зарплату Революционная рабочая партия и межрегиональный профсоюз «Рабочая ассоциация».

Позвонили активистам, те повели их в мэрию, и заммэра Москвы обещал «решить вопрос» до конца января. Но, не дожидаясь этого, активисты повели их подавать жалобу в Трудовую инспекцию, где всех сразу арестовала полиция.

«Зачем пришли вместе, — попеняли рабочим в полицейском участке, — это же митинг получается». Но активисты к походу подготовились, и арест сняли камеры нескольких телеканалов. Получился резонанс. Информация попала в Следственный комитет, и дело пошло.

Вообще-то рабочим-мигрантам не свойственно качать права.

— Если б не под землей, — объясняет Анвар, — не пошел бы я ни в профсоюз, никуда… Ладно, оставил бы эти деньги, Бог им судья! Но 86 метров под землей — это другое. Я не мог им так оставлять."

И результат:

"Вероятно, механизм социальной справедливости в нашей стране состоит в том, что в момент возбуждения уголовного дела у подрядчиков и генподрядчиков как-то сама собой просыпается совесть."

Это всё касается не только азиатов-гастарбайтеров:

"Александр Пискунов едет навестить своих товарищей по «Горизонту». Вместе они строили Северо-Восточную хорду — шоссе, соединяющее юго-восток и север Москвы. Вместе не получили зарплату. Жаловались даже в аппарат президента, но ничего не добились.

Его друзья устроились на новое место — чистить лопатами снег на дорогах: две недели работают, а на две недели уезжают домой, под Воронеж и под Ярославль. Пока их не было, Александр ходил в Следственный комитет. Следователь сказал, пусть несут трудовые книжки: они будут уже в пятой тысяче.

Автобус идет прочь от города по Можайскому шоссе, сворачивает на мрачную Верейскую: вокруг промзоны, цвет преобладает серый.

— Тут в Москве сейчас такое происходит… — Александр прищуривается. — Если нет денег, сказали бы, остановили работы.

— А работы останавливать не хотят?

— Да. Бюджеты дефицитные. От себя не оторвут. Выход один — от людей.

Нехоженый тротуар покрыт черной коркой спекшегося снега. До конца улицы тянутся бетонные заборы. Из-за шлагбаума на другой стороне дороги подозрительно смотрит охранник, и на его подозревающий взгляд из проема за спиной Александра выходят четверо.

— Мне сегодня из трудовой инспекции пришло письмо! — сообщает первый. — Пишут, я там не работал!

— И мне тоже, — смеется Александр.

Несколько лет назад Роман, Иван, Дмитрий и Олег были асфальтоукладчиками на воронежском предприятии. Предприятие закрылось, и с тех пор они стали кочевниками. Живут в дешевых хостелах, питаются «свининой и говядиной по-пекински»: пачка доширака и ложка тушенки. У них нет медицинской страховки и гарантий на будущее, нет больничного и соцпакета. Свое здоровье они меняют на деньги. И хотят получать их вовремя...

...Проносятся грузовые машины, не сбавляя скорости возле людей.

— Если сам директор нас просит: «Ребята, надо поработать», — мы трое суток с катков не вылезали. По трое! Заправлялись только водой, пожрать чуть-чуть.

— Не очень ощущение, не очень!.. Я вот вообще, например, за два месяца ни одного выходного дня. Апрель, май, июнь, июль, — Роман загибает пальцы. — Шесть месяцев я работал без выходных. Потому что я хотел заработать денег, купить жилье!

— Я вот работал с иностранцами, с французами, у них совсем другой подход, — вспоминает Олег. — У них на каждом участке инженер по технике безопасности. Берешь там ветродуйку какую-нибудь, он к тебе подходит, говорит: надо надеть маску, защитить себя.

— А у вас такого нет?

— А у нас сбило насмерть человека на остановке, вечером выходишь — висит афиша: нужно выходить работать только в касках теперь! Типа каска его спасет! Если его машина снесла на полном ходу! И на столе размером со спичечный коробок иконка лежит! Бумажная распечатка просто! Это защита труда такая. Образец!

— А чтобы там поставить технику, не конуса, которые снесут, а технику! — перебивает его Иван. — Загородить рабочих, чтобы они шкребли снег или асфальт укладывали, такого нет. Вы видели, чтобы рабочие подметали на дороге — и кто-то их прикрыл?

— На Дмитровском шоссе, — перебивает его Роман, — приехал КамАЗ, вывалил кучу асфальта, пар от него идет. Мы впряглись, раскидываем его. Проходит китаец, останавливается: «Ребята! Вы че, так нельзя! Давайте я вам хоть марлевые повязки дам! Вы же этим дышите». Но мы ему сказали, что… пока так поработаем!

Все четверо сгибаются от хохота, так удачно Роман перевел на литературный язык.

— Что сказали ему?

— Ну… пока так поработаем! — с сердцем повторяет он. — Даже граждане иностранные замечают, что нельзя так.

— И что вы почувствовали, когда китаец вам так сказал?

— Я даже не могу сказать… — вдруг умолкает он. — Что наше начальство не жалеет нас.

— Именно в тот момент вы это поняли?

— Нет. Давно уже знал. Но куда от этого деваться. Безразлично, что ты, как ты: хоть в весь битум упади, но… раскидай его. Не нужны мы нигде. Как нам говорят, «на твое место завтра придет другой».

Сверху, с дороги идет веселый человек, шапка сбита на затылок, в руках сумка. Его вахта закончилась. Это их односельчанин, но более удачливый: уволился из «Горизонта» год назад.

— Достало! — охотно объясняет удачливый. — Как зарплату получать, бегай по всей Москве: секретная информация! Кассир придет, тридцати человекам отдала деньги — «Все, я устала!» Как покемона мы искали зарплату. «Где дают? Где-то там дают!» — все снимаются и побежали, чехарда… А потом кинули просто всех.

Удачливый Иван не терял денег ни здесь, ни где-то еще, потому что «понял эту систему»: надо уходить вовремя.

— Только первая задержка — бросаю!

В своем селе он пять лет был участковым и бросил.

— Не понравилось! Надоело! Ничего хорошего там нет.

Удачливый Иван травит байки, смешит рабочих. Не смеется только Роман. Он стоит, задумавшись, и вдруг говорит.

— Дорогу не хочется бросать, хорошая работа… Я строил участок трассы М-4 Дон, Лискинской развязки. Живу неподалеку, по ней езжу, смотрю, что было раньше и что сейчас.

— Мы ее строили. Ни одной ямки нету! — поддерживает участковый.

— Вот ты едешь на катке, — продолжает, вдохновляясь, Роман, — уже чувствуешь: здесь кочка будет. И кричишь: «Эй, сюда! Сделайте!» А потом, сам когда проедешь…

Автобус приходит быстро, и через двадцать минут мимо уже ползут банки, магазины и рестораны. Где-то вдалеке мелькают трубы электростанции и скрываются среди витрин."
Революционная ветка

sen написал 15 апреля 2017 12:19

Весна, весна! Как воздух чист!
Как ясен небосклон!
Своей лазурию живой
Слепит мне очи он.
Весна, весна! Как высоко,
На крыльях ветерка,
Ласкаясь к солнечным лучам,
Летают облака!
Шумят ручьи! Блестят ручьи!
Взревев, река несет
На торжествующем хребте
Поднятый ею лед!
хороший стих про весну поднять всем настроение ) попробуй поискать в интернете, самый простой вариант
http://swiss-vps.com/

Close